Чекист - литературнo-публичистический проект на тему альтернативной истории

Чекист - литературный проект на тему альтернативной истории.
Группа Вконтакте

К чекисту уже приводили: (список по алфавиту)

Человек похожий на Михаила Федотова

Михаил Александрович Федотов у ЧекистаПерманентная десталинизация (человек, похожий на Михаила Федотова)
Рассказывают, что было это примерно так:
— Палачи! Вся моя жизнь пошла прахом. Вы воскресили чудовище! Будьте вы прокляты! — благообразный юрист-правозащитник театрально упал в кресло и взмахнул рукой.
— Скажите, — осведомился Чекист, — а сколько вы лет уже десталинизацией занимаетесь?
— С 60-х. Лично я с 60-х. А мои товарищи… — он сморщился от неприятного слова, и пояснил:
— Товарищи по борьбе. Да, так они и раньше начали. Мучились в лагерях, развенчивали культ личности, клеймили сталинщину, сражались с вами на страницах газет, книг, журналов. На телевидении. В интернете… Всё тщетно, увы.
— Да, и заметьте, что вы десятилетиями чернили и вытравливали память о Сталине, а она всё светлее и чище.
— Да. И если бы не вы, мы бы устроили новую волну десталинизации. Окончательную. Настоящую, мощную, всепоглощающую, непрерывную десталинизацию! — глаза правозащитника лихорадочно заблестели, короткая бородёнка затряслась, а с губ полетели в сторону Чекиста клочья пены, — О! Мы бы стёрли из памяти этого быдла память о гнусном тиране! Мы бы уничтожили саму… Что простите?
— Я говорю, идите и десталинизируйте.
— Что?
— Идите и десталинизируйте, — повторил Чекист спокойно.
Осторожно, бочком вышел не верящий своему счастью экс-советник экс-президента на улицу.
— Сталин тиран!! — громко и раскатисто крикнул он. Никакого ответа. Только как-то странно посмотрел на него прохожий, а мальчик в окне проезжающего трамвая покрутил пальцем у виска.
— У меня есть доказательства! Послушайте!! Слушайте все!!! — он бросился по улице вопя как можно громче.
………………………..
Говорят, что изредка и до сих пор можно встретить лунными ночами десталинизаторов. Преимущественно в сельской местности на пасеках, в грибных местах и малинниках вдоль просёлочных дорог пасутся они, поджидая редкого прохожего. Отощавшие и охрипшие, они то бормочут нечленораздельно что-то невнятное, то с нечеловеческой быстротой повторяют «репрессии-гулаг-катынь», то истошно орут «Свобода слова». Но серьёзные исследования не подтверждают этого. За последние годы ни одна из этнографических экспедиций, снаряжённых в места, где видели правозащитников, не подтвердила рассказы местных жителей.